В столовке грохот и рокот запах борщей и каш

Привет,Друзья!
А давайте вспомним стихи,песни,может и проза какая,в которых автор показывает всю романтичность и лирику в гастрономии.Предлагаю первое стихотворение Василия Аксенова из романа «Коллеги»:

В столовке рокот и грохот,
запах борщей и каш,
здесь я увидел локоны,
облик увидел ваш.
В бульоне плавал картофель,
искрился томатный сок,
я видел в борще ваш профиль,
и съесть я борща не смог.
А может вот так-же где-то,
в буфетах Парижа,Бордо,
сидели за винигретом
Тургеньев и Виардо.
Тефтели с болгарским перцем,
Вы скажете с высока,
хотите бифштекс из сердца,
влюблённого в вас чудака.

У нас есть вот такая тема, давайте там продолжим

http://kuking.net/my/viewtopic.php?t=6677&highlight=. *
_________________
«Это я, капитан Юхман, сказал, и я сдейжу. Весь камбуз на беег.» (c) M. Жванецкий

Мне на ум приходит только Маяковский.

Слава вам, идущие обедать миллионы!
И уже успевшие наесться тысячи!
Выдумавшие каши, бифштексы, бульоны
и тысячи блюдищ всяческой пищи.

Если ударами ядр
тысячи Реймсов разбить удалось бы —
по-прежнему будут ножки у пулярд,
и дышать по-прежнему будет ростбиф!

Желудок в панаме! Тебя ль заразят
величием смерти для новой эры?!
Желудку ничем болеть нельзя,
кроме аппендицита и холеры!

Пусть в сале совсем потонут зрачки —
все равно их зря отец твой выделал;
на слепую кишку хоть надень очки,
кишка все равно ничего б не видела.

Ты так не хуже! Наоборот,
если б рот один, без глаз, без затылка —
сразу могла б поместиться в рот
целая фаршированная тыква.

Лежи спокойно, безглазый, безухий,
с куском пирога в руке,
а дети твои у тебя на брюхе
будут играть в крокет.

Спи, не тревожась картиной крови
и тем, что пожаром мир опоясан,-
молоком богаты силы коровьи,
и безмерно богатство бычьего мяса.

Если взрежется последняя шея бычья
и злак последний с камня серого,
ты, верный раб твоего обычая,
из звезд сфабрикуешь консервы.

А если умрешь от котлет и бульонов,
на памятнике прикажем высечь:
«Из стольких-то и стольких-то котлет миллионов —
твоих четыреста тысяч».


Я его часто вспоминаю, когда голодная лечу домой

А давайте попробуем! Я ту тему читала (и по ссылке перечитала), а по настроению Вателя — вспомнила Ахматову.
Звенела музыка в саду
Таким невыразимым горем.
Свежо и остро пахли морем
На блюде устрицы во льду.

И так далее
_________________
«Только ангелы с неба не просят хлеба». В. Даль (из словаря)

Як романтично пахне ковбаса!
I помiдори густо зашарiлись,
А в пляшцi чиста мов роса,
горiлочка домашня зачаiлась,
I нiжно сало звабюлюe тiльцем,
I хлiб наставив загорiлу спину,
Якщо ти млieш, коли бачиш це-
чому ж ти, гад, не любиш Украiну?

Як романтично пахне ковбаса!
I помiдори густо зашарiлись,
А в пляшцi чиста мов роса,
горiлочка домашня зачаiлась,
I нiжно сало звабюлюe тiльцем,
I хлiб наставив загорiлу спину,
Якщо ти млieш, коли бачиш це-
чому ж ти, гад, не любиш Украiну?

baba
Кулинар


Зарегистрирован: 24.05.2004
Сообщения: 622

Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском!
Удивительно вкусно, искристо и остро!
Весь я в чем-то норвежском! Весь я в чем-то испанском!
Вдохновляюсь порывно! И берусь за перо!

Читайте также:  Что в борщ ложится вперед картофель или капуста

Воробьи на дорожке шустрятся.
Зеленеют кудри кротекуса.
Привезли из Остэндэ устрицы
И стерлядей из Череповца.
— Послушайте, вы, с салфеткою,
Накройте мне стол под липою;
И еще я вам посоветую
Не стоять каменной глыбою,
А угостить меня рыбою,
Артишоками и спаржей.
Вы поняли? — «Помилуйте, даже
Очень
И буду точен».

baba
Кулинар


Зарегистрирован: 24.05.2004
Сообщения: 622

Моя подруга варит борщ.
Неповторимая страница!
Тут лоб как следует наморщь,
Чтоб за столом не осрамиться.

Ее глазенушки светлы.
Кастрюля взвалена на пламя,
и мясо плещется в компаньи
моркови, перца и свеклы.

На вкус обшарив закрома,
лохматая, как черт из чащи,
постой, пожди, позаклинай,
чтоб получилось подходяще.

Ты только крышку отвали,
и грянет в нос багряный бархат,
куда картошку как бабахнут
ладони ловкие твои.

Ох, до чего ж ты хороша,
в заботе милой раскрасневшись
(дабы в добро не вкралась нечисть),
душой над снедью вороша.

Я помогаю чем могу,
да только я умею мало:
толку заправочное сало,
капусту с ляды волоку.

Тебе ж и усталь нипочем,
добро и жар — твоя стихия.
О, если б так дышал в стихи я,
как ты колдуешь над борщом!

Но труд мой кривду ль победит,
беду ль от родины отгонит,
насытит ли духовный голод,
пробудит к будням аппетит.

А сало, желтое от лет,
с цибулей розовой растерто.
И ты глядишь на божий свет,
хотя устало, но и гордо.

Капуста валится, плеща,
и зелень сыплется до кучи,
и реет пряно и могуче
благоухание борща.

Теперь с огня его снимай
и дай бальзаму настояться.
И зацветет волшебный май
в седой пустыне постоянства.

Владыка, баловень, кащей,
герой, закованный в медали,
и гений — сроду не едали
таких породистых борщей.

Лишь добрый будет угощен,
лишь друг оценит это блюдо,
а если есть меж нас иуда,—
пусть он подавится борщом.

Клубится пар духмяней рощ,
лоснится соль, звенит посуда.
Творится благостное чудо —
моя подруга варит борщ.

baba
Кулинар


Зарегистрирован: 24.05.2004
Сообщения: 622

Раскаленного перца стручок,
Щедрой почвы ликующий крик,
Ты, я наверное, землю прожег,
Из которой чертенком возник.

Страны солнца, взлелеяв тебя,
Проперчились до самых границ,
Пуще пороха сыплют тебя
Там из перечниц-пороховниц.

Орден кухни,
Герб кладовых,
Южных блюд огнедышащий флаг —
Ты на полках,
На пестрых столах,
В пыльных лавках,
Особенно в них.

И представишь ли темный навес,
Где серьгою трясет продавец,
Коли там не висят у дверей
Связки перца, как связки ключей
От запальчивых южных сердец?

Я хвалю тебя! Ты молодец!
Ты садишься на все корабли,
Ты по радужной карте земли
Расползаешься дымным пятном;
Ты проходишь, как радостный гном,
По извилистым, теплым путям,
Сдвинув на ухо свой колпачок,-
И на север являешься к нам,
Раскаленно-пунцовый стручок.
И с тобою врывается юг
В наши ветры и в наши дожди.

Читайте также:  Как замораживать овощную смесь для борща на зиму

Просим!
Милости просим, мой друг,
В наши перечницы!
Входи!

Правда, мы — порожденье зимы,
Но от острого рты не кривим,
А при случае сможем и мы
Всыпать перцу себе и другим.

Разве даром в полях января
Пахнет перцем российский мороз!
Разве шутка российская зря
Пуще перца доводит до слез?!

. Славлю перец!-
В зерне и в пыльце.
Всякий: черный — в багряном борще
(Как бесенок в багряном плаще),
Красно-огненный — в красном словце.
Славлю перец
Во всем, вообще!
Да; повсюду,
Во всем,
Вообще!

По материалам kuking.net

Жизненная необходимость забросила сегодня на кухню, с утра же, начинать борщ. Собирая компоненты, почему-то много думал о любви. «Утренняя биохимия — плюс случайное совпадение,» — отметился внутренний критик.

Думал об этой любви, думал — ничего нового не надумал. Но всплыло разное другое. Пока кипит бульон, зафиксируем.

Первым со дна кастрюли поднялось, как водится, самое давнее, столовское, лет 40 ему — из Василия Аксенова, то ли «Коллеги», то ли «Апельсины из Марокко»:

В столовке грохот и рокот,
Запах борщей и каш.
Здесь я увидел локоны,
Облик увидел ваш.

В бульоне плавал картофель,
Искрился томатный сок.
Я видел в борще ваш профиль,
И съесть я борща не смог.

Быть может, вот так же где-то
В буфетах Парижа, Бордо
Стояли за винегретом
Тургенев и Виардо.

«Тефтели с болгарским перцем», —
Вы скажите свысока.
Хотите бифштекс из сердца
Влюблённого в вас чудака?

Но тут, по подкладывании в бульон душистого английского перца горошком, приобретенного нами, между прочим, в упомянутой ранее лесной чаще у перекрестка Эштаоль, зазвенели меморийные звоночки и всплыло кое-что поновее, из недавно обретенных знаний:

Между ними прилавок: котлеты, лапша.
Быстро движется очередь, касса звенит.
Он тарелку борща не донес до стола,
Потому что рука от волненья дрожит.

А она все стоит, приоткрыв алый рот,
Сжав холодной рукой черпака рукоять,
Все куда-то спешат, только очередь ждет,
Потому что любовь поважнее, чем жрать.

(Андрей Родионов, из книги «Портрет с натуры».)

Выходит, любовь в борщевой обстановке — не такое уж случайное индивидуальное состояние? То ли унывать, то ли радоваться, что «накнокал новый закон» *(с) ИБ*?

«Да, закон!» — доложил оживившийся Гуугл. Борщевание вызывает любовь — и иногда даже в очень сходных лексических формах!

12 августа 2001 года
Егор Трубачев
23:41:11
Соскучился

Привет, друзья! Вот я и после каникул приехал из деревни от бабушки Мани. ББ там слушал, стихи писал. Влюбился я, ребята, в одну прекрасную девочку в колхозной столовой (она там на раздаче пашет) и стихи ей написал:

В столовке грохот и рокот,
запах борщей и каш.
Здесь я впервые встретил,
Образ увидел Ваш.

-Тефтели с болгарским перцем! —
Вы скажете свысока.
Хотите бифштекс из сердца
Влюбленного в Вас чудака.

Ну вот. А мы все: «шишкины, шишкины. » А это — закон природы, для борщевой обстановки.

Читайте также:  Как варить борщ со свеклой чтобы он был красный пошаговый рецепт из курицы

По материалам www.liveinternet.ru

На фото: Василий Аксёнов / elegantnewyork.com

В день рождения автора романов «Остров Крым», «Московская сага», «Вольтерьянцы и вольтерьянки» и «Ожог» — субъективный топ-10 цитат из книг Василия Аксёнова.

1. Всегда ли смел тот, кто нападает первым?

2. Почему вообще одни люди сочиняют музыку, раскрывают сердца своих братьев для любви, героизма, верности, а другие с тупым равнодушием поднимают автоматы и, соревнуясь в меткости, истребляют своих братьев, своих безоружных братьев?

3. — Словом, все это кошмар. Миазмы вражды, неизбывного скандала отравляют мир. Близится час холокоста. Пока не поздно — в монастырь, куда-нибудь на Мальту, куда-нибудь на острова Тристан-да-Кунья … Не знаешь, где самый отдаленный и самый бедный православный монастырь?

4. Тот, кто признает критику в свой адрес, находится на полпути к успеху.

— «Таинственная страсть. Роман о шестидесятниках».

5. Давайте выпьем за русскую литературу! Эта нация ни хрена не создала великолепного, кроме литературы и тайной полиции.

— «Московская сага. В трех книгах. Книга вторая. Война и тюрьма».

6. Декаданс в нашей стране не истребим.

7. Характерец-то, характеришка-то у нас особенный. Не так ли? У кого, например, еще существует милейшая поговорчка «сор из избы не выносить»? Кельты, норманны, саксы, галлы — вся эта свора избы, небось, свои очищала, вытряхивала сор наружу, а вот гордый внук славян заметал внутрь, имея главную цель — чтоб соседи не видели. Ну, а если все эти гадости из национального характера идут, значит, все оправдано, все правильно, ведь мы же и говном себя называем, а вот англичанин говном себя не назовет.

8. Человек не может быть полностью счастлив, потому что он должен идти вперед.

В столовке грохот и рокот,
Запах борщей и каш.
Здесь я увидел локоны,
Облик увидел Ваш.
В бульоне плавал картофель,
Искрился томатный сок…
Я видел в борще Ваш профиль,
И съесть я борща не смог…
Быть может вот так же где-то
В буфетах Парижа, Бордо,
Стояли за винегретом
Тургенев и Виардо.
— Тефтели с болгарским перцем! —
Вы скажете свысока.
Хотите бифштекс из сердца
Влюбленного в Вас чудака?

10. Дающий всегда что-то получает взамен, хотя частенько этого не замечает.

— «Московская сага. В трех книгах. Книга вторая. Война и тюрьма».

Василий Аксёнов родился 20 августа 1932 в Казани, окончил школу в Магадане (по месту ссылки матери), а затем Ленинградский медицинский институт. В 1970 году покинул Советский Союз, жил в США, Франции, а затем вновь в России. В 2004 году стал лауреатом премии «Русский Букер» за роман «Вольтерьянцы и вольтерьянки», но более всего он известен как автор романов «Остров Крым», «Московская сага» и «Ожог». Скончался 6 июля 2009 в Москве.

Все, что вы хотели знать, но боялись спросить о жизни и книгах Аксёнова — теперь есть на запущенном к 85-летию писателя сайте.

По материалам literaturno.com